С третьего раза Виктор Ющенко становится президентом. Вчера на Украине прошел третий тур выборов президента. Бог даст, не последний.

Страдать и быть гонимым

Виктор Янукович обещал приехать на избирательный участок к девяти утра. Его ждали больше 40 телекамер и не меньше сотни полагающихся им тележурналистов. Еще столько же газетных репортеров и фотокорреспондентов заняли исходные позиции в зале для голосования, и заставить их отступить могла только смерть.

Виктор Янукович мог бы гордиться изменениями, происходящими с ним. В первом и втором туре он не имел и половины такого успеха. Было похоже, что он уже достиг по крайней мере одной цели: стал гонимым, а значит, страдающим и внушающим сострадание человеком. И кто сказал, что журналистское сердце так черство, как всем кажется со стороны? Какая уж тут черствость? Ведь больше 40 камер!

Время от времени к урнам, продравшись через журналистские кордоны, подходили рядовые избиратели. Бабушка, получив бюллетень, сразу засеменила к урне и под стон отчаяния, вырвавшийся из глоток членов избирательной комиссии, быстро опустила его в щелочку.

– Он же чистый! – чуть не плакали они.– За кого же вы проголосовали? Надо же было заполнить!

– За кого надо, за того и проголосовала,– твердо сказала бабушка, нагнувшись к щелочке урны и заглянув в нее с прищуром.– За будущее Украины!

Оно, таким образом, рисовалось ей чистым белым листом. Тоже вариант.

А Виктор Янукович считал, видимо, что теперь, изменившись внутренне, может позволить себе опоздать и на час, и даже на полтора. И правильно: никто ведь не спрашивал с возмущением, почему его до сих пор нет, а строили догадки – что, если власть в лице Леонида Кучмы чинит ему препятствия? А может, пикеты оранжевых заблокировали его в подъезде собственного дома и не пускают на избирательный участок? А не был ли он вынужден уехать на ночь глядя из Киева в Донецк и там совершить свой свободный выбор? (А что делать, если в Киеве ему теперь век свободы не видать?) Эта версия активно обсуждалась еще накануне днем, и в избирательном штабе Виктора Януковича даже намекали, что именно так все и случится.

Но ничего такого: просто опоздал. Первой вошла его жена. Она была сумрачна и решительна. Стоило бросить мимолетный взгляд на эту женщину, чтобы понять: для нее это больше чем выборы. Для нее голосование за мужа стало актом женской солидарности. На наших глазах она фактически объяснялась мужу в любви до гроба (ну, по крайней мере, еще на четыре года).

Опустив бюллетень в прозрачную урну, она истово перекрестилась и тоже внимательно посмотрела в щелочку, словно произнося мысленно: «В добрый путь, бюллетень!»

Ее муж вышел из-за шторки, тоже опустил бюллетень и сказал, не дожидаясь наводящих вопросов (со всех сторон сыпался, впрочем, только один, самый жизнерадостный и демонстративно лишенный смысла: «Как настроение, Виктор Федорович?!»):

– Я хочу сказать, что все-таки тот закон, который был принят и отменен Конституционным судом (о запрете голосовать по открепительным талонам инвалидам II и III групп.–А.К.), унижал людей.

Ему нравилось, что запрет отменили, и он спешил об этом сказать. Возможно, он хотел успеть повлиять на мнение тех инвалидов, которые еще не успели проголосовать, и на мнение тех, кто по-человечески мог сочувствовать им. Цена вопроса вообще-то очень большая: на Украине живет 1,8 млн инвалидов II и III групп. Этот вполне боевой отряд в состоянии без проблем решить судьбу многих выборов.

Господин Янукович поблагодарил журналистов и пошел к выходу. У меня был к нему еще только один вопрос:

– Вы уже решили, чем будете заниматься после выборов?

Он остановился, и широкая дежурная улыбка не слетела с его лица (а я был уверен, что слетит).

– Буду работать,– сказал он и пошел дальше.

Потом он снова остановился. Он на ходу додумывал свой ответ. Я некоторое время тому назад обратил внимание на эту его привычку (см. «Ъ» от 2 ноября).

– Буду работать на Украине,– добавил он.

Этот ответ всерьез мог быть засчитан только на следующий день. В случае победы Виктора Ющенко он становился чрезвычайно интересен.

Оно ему надо

Впрочем, многое на этот счет было мне уже известно. Накануне вечером начальник штаба кандидата Януковича Тарас Чорновил рассказывал:

– Если Ющенко побеждает – в чем я очень сомневаюсь,– но если он побеждает, и побеждает честно, то Янукович готов пожать ему руку и поздравить его с победой. У нашего кандидата есть вот эта абсолютно цивилизованная форма, которой нет у его оппонента. Но после этого Януковичу надо определиться. Он будет лидером оппозиции. Но для этого ему надо быть в верховной раде. По крайней мере, это трибуна, без нее невозможно. Он на каких-нибудь довыборах придет в верховную раду и будет серьезно готовить те регионы, которые его поддержали, и тех, кто уже будет разочарован новым президентом, к новым парламентским выборам. У него есть все шансы стать лидером оппозиции.

– А оно ему надо?

– По-моему, надо,– подумав, сказал господин Чорновил.– Он же уже втянулся в очень серьезный процесс...

– Что за процесс? Обладания властью?

– Подъема экономики Украины! – терпеливо объяснил он.– Если новая власть начнет тормозить этот процесс, а она начнет, боюсь, его тормозить, то ему не захочется, чтобы кто-нибудь разрушал экономику. Это будет личностный момент. И нужно же спасать те регионы, которые его поддержали!

– А они в опасности?

– Конечно! Новая политика деиндустриализации не пойдет им на пользу. Обобщение тут такое. Шеварднадзе любили больше в Америке, чем в России. Потом почему-то вдруг на Западе началось стимулирование этой грузинской революции.

– Чего вдруг?

– А мне кажется, очень просто. Появился проект прокладывания нового трубопровода Россия–Турция, который бы конкурировал с американским трубопроводом. И сразу в Грузии начинается революция! Потом Украина вышла на мировые рынки и стала очень серьезным конкурентом. Сталь, металлопрокат еще терпели. А когда она начала конкурировать в высоких технологиях...

– Извините, вы серьезно?

– Что? – удивился он.

– Насчет высоких технологий.

– Ну да. И в торговле оружием тоже... То терпение начало лопать. И вот результат: мне кажется, что приход Ющенко должен вызвать волну деиндустриализации Украины. Вот это меня пугает в нем.

– А что-нибудь радует?

– Да как-то не очень,– признался Тарас Чорновил.– Какие-то лозунги пока только. Вот лозунг: «Так!» А я спрашиваю: «Как?»

Я подумал, что если Украине с Виктором Ющенко грозит только то, чего боится господин Чорновил, то ее ждет относительно безоблачное будущее.

К тому же сложилось полное впечатление, что начальник штаба господина Януковича абсолютно не сомневается в победе господина Ющенко.

Первая провокация

В Доме профсоюзов на Крещатике голосовал Виктор Ющенко. Телекамер было не меньше, чем на участке господина Януковича, и это никого не удивляло. Не удивляло и то, что господин Ющенко опаздывает. Я представил, чего стоит ему собрать в дорогу свое многочисленное семейство (на голосование он старается брать с собой всех детей, а их у него пять), и понял, что можно с легким сердцем ожидать его не в зале, а буфете.

– Я за Ющенко проголосовал и написал на обороте: да здравствует товарищ Сталин! – рассказывал за соседним столом пожилой супружеской паре молодой человек в оранжевом шарфе.

– Зачем же Сталина всуе поминать? – спросил я.

– Так Ющенко тоже хочет порядок навести в стране. Правильно: под знаменем Сталина можно горы ворочать!

Ну вот и первая провокация, с удовлетворением подумал я. Все очень боялись провокаций на избирательных участках. Началось! Компрометирует господина Ющенко товарищем Сталиным.

Но тут парень назвал господина Януковича таким обидным для настоящего мужчины словом, что я понял: нет, просто дурак. Никакими заслугами в деле распространения компрометирующей господина Ющенко информации нельзя было оправдать употребление такого слова вслух. Парень, если бы хоть чуточку соображал, не стал бы так рисковать. Слишком велика опасность быть немедленно процитированным в чьем-нибудь параллельном отчете.

– А вы понимаете, что испортили бюллетень? – спросил его пожилой мужчина.– Нельзя же на бюллетене ничего писать, даже на обороте.

– Не посмеют! – недоверчиво сказал этот парень.

– Они такие! Посмеют,– подтвердил мужчина.

– Нельзя Януковича к власти подпускать,– так обеспокоенно сказал молодой человек, словно судьба президентского поста на Украине зависела от испорченного им бюллетеня.– Он же за изнасилование сидел!

«Коммерсантъ»

(Продолжение в следующем номере)