Что вызвало основные претензии, возмущения, жалобы жителей Одессы? Это вопросы посягательства на частную собственность. Это то, что присуще любому человеку, который что-то имеет за душой и боится это потерять. Я сразу хочу сказать присутствующим, что я буду последним человеком не только в Одессе, но и в этой стране, кто позволит себе посягнуть на частную собственность людей.

Я пережил это в своей жизни и хорошо помню, как 25 лет назад, в 83-м году у меня хотели забрать построенный с большим трудом дом в Фонтанке, и как мне пришлось выдержать 14 судебных заседаний в Коминтерновском суде. Как известный в Одессе адвокат Лацугин сказал мне: «Эдуард, вы попали под кампанию. Попасть под кампанию хуже, чем попасть под трамвай. Поэтому защитить вас будет крайне сложно. Мы попытаемся затянуть решение этой проблемы, и может быть, ослабнет напор этой кампании».

Так и произошло. 82 дома Фонтанки тогда забрали, а мне пришлось собственноручно сносить веранду своего дома, которая выступала на два метра, хотя я не построил сарай и гараж на территории своего участка, и после этого мне было сказано, что этого недостаточно: что у меня метраж дома соблюден, но есть лишняя комната 10 метров, поэтому надо сломать перегородку, тогда это будет коридор и холл, и в этом случае мне дом оставят. Эту перегородку я тоже сломал, и в том доме на Фонтанке до сих пор на этом месте деревянная перегородка, которая была восстановлена потом.

Все эти дома потом были возвращены. Через год началась перестройка, и дома людям вернули. Выселять оттуда их не выселяли, пытались создать прецедент, и все эти перипетии остались в памяти у меня навсегда. Это было прямое издевательство над человеком, причем в условиях, когда человек был практически бесправен.

Теперь мы говорим о демократизме в стране, в которой мы живем, и эта страна должна в первую очередь защищать интересы человека. В 95-м году (а мы пришли сюда в 94-м) не было законодательной базы для того, чтобы давать акты собственности на землю. Но мы приняли решение и начали выдавать эти акты всем тем, кто имел свои дома. На сегодняшний день таких актов выдано 14 тысяч. Эти люди защищены, у них есть право собственности на их землю.

Почему же произошло то, что произошло, и почему такое глубокое непонимание проблемы Генерального плана?

На сегодняшний день действует старый Генеральный план. В соответствии с ним, если бы власти хотели его использовать, сносятся целые микрорайоны: и на Чубаевке, и на Ближних Мельницах, и на Большом Фонтане, но никто и в голове не держал использовать эти возможности против людей. При этом обсуждение Генерального плана, который только предстоит принять, было построено крайне неверно. Специалисты говорили на ученом языке, делали таинственные жесты и высказывания, при этом была допущена простая чиновничья тупость. Не была оказана информационная поддержка Генеральному плану, который должен стать законом на ближайшие 25 лет для города. Не была напечатана пояснительная записка. Не было проведено обсуждение в районах города. И были нюансы, на которые необходимо обязательно ответить.

Техническое задание на генеральный план города давали без нас. Если дадут задание построить коровник, то дворец Растрелли никто не построит. Мы исправили в значительной мере ситуацию, сделали все возможное, чтобы задание для института было правильным. Неоднократно встречались с разработчиками генерального плана. Но ошибки были допущены. Часть из них автоматически перетекла из прошлого генерального плана в новый. И тогда следует вернуться к самой ситуации в городе.

Мы вернулись в город в 2005 году. Что за ситуацию мы встретили? Земли в значительной мере разбазарили. Уходя, мы оставили 90 % в коммунальной собственности. Пришли – осталось 10%. Мы обратились в СНБО, Генеральную прокуратуру, дали списки десятков и сотен участков выделенных, где велось незаконное строительство, которое было крайне распространено. Строились 20-этажные дома без всяких документов. Была система дележа, отката, договоренностей.

Нам не удалось добиться принятия мер. Я не говорю о том, что с одной стороны, собственность защищалась, и была ситуация, когда десятки раз перепроданные участки нельзя было уже отобрать. Я приведу только один пример, когда я привел в распоряжение – «Миханики Украина». Им разрешено было построить 226 тысяч кв. метров практически жилья на берегу моря. При этом никакие интересы города не были учтены. Нам удалось договориться с инвестором, который имел все разрешающие документы, в том числе все экспертизы, что мы резко снизим метраж застройки, что инвестор укрепит побережье, и стоимость этого укрепления побережья – 208 млн. грн. Это колоссальная работа по укреплению побережья. И все это, чтобы получить 7% метража для города – это достаточно приличные деньги. Что будет построен паркинг на 1000 мест, что будут открыты проходы к морю. Так вот, почему-то, когда принимали 226 тыс. метров (мы поднимали прошлые выступления), не было никакого особенного ажиотажа. Где вы были, ребята? Почему, когда 226 тыс. метров без всякой компенсации городу, без укрепления побережья, уничтожение побережья – никакого дикого крика не было. А когда мы с большим трудом убедили инвестора изменить ситуацию, то поднялся дикий крик и последовало обращение в суд.

Хочу вам сказать, что если бы суд был выигран, вступило бы в действие прежнее соглашение, которое никак не оспаривалось.

Коммунальная собственность в городе разворовывалась целенаправленно. За бесценок проданы самые ценные строения города. Я мог бы их долго перечислять. И городская власть, и областная власть, которая пользовалась возможностью и продавала не принадлежащие ей памятники архитектуры – эта практика должна была быть прервана. Мы сделали все возможное, чтобы попытаться хоть в чем-то вернуть утраченное. Но видели ли вы в Украине, кроме единственного случая с заводом, чтоб удалось вернуть ранее украденное?

Что за это время построили в городе? Отель на морвозкале, который закрывает вид на город и является позорным строением? Универмаг «Европа» на Дерибасовской, который портит всю улицу? До сих пор стоит бывший ресторан «Киев», который еще в 90-е годы хотели снести, и до сих пор мы не можем найти механизма, как решить эту проблему, для того чтобы открыть Александровский бульвар.

Город сотрясают перманентно скандалы. 7-й километр, Малиновский рынок… Остановлю себя на этом, хоть это не касается нашей темы.

7-й километр. Город имеет все основания считать, что ему должны полмиллиарда гривен. Вся болтовня о рейдерстве не стоит и выеденного яйца. Потому что никто не собирается входить на этот рынок и затрагивать интересы людей, которые там работают. Мы предложили владельцам этого рынка, которые десятки лет зарабатывают колоссальные деньги, причем значительную часть их – в тени, построить в городе больницу «скорой помощи» и отремонтировать Ивановский путепровод. Мы готовы были подписать мировое соглашение. При этом чтобы деньги не перечислялись в город и чтобы деньгами мы не распоряжались. Пусть бы они построили эту больницу «скорой помощи», оснастили ее. Не церковь построили бы на эти деньги, а на больнице прибили табличку со своими фамилиями. Эта табличка висела бы десятки и сотни лет, и это был бы большой почет и честь для владельцев этого рынка, что в городе функционировала бы современная больница «скорой помощи». А также в городе был бы реконструированный Ивановский путепровод, по которому как раз и ездят покупатели и продавцы этого рынка.

В городе есть лица и силы, которые крайне заинтересованы в недопущении наведения порядка во всем. Они будут беспрерывно провоцировать конфликты, для того чтобы не допустить, чтобы были приняты основополагающие решения, которые дадут возможность нормально функционировать всем городским службам, а главное – достичь взаимопонимания жителей города с городским советом и городскими властями.

Теперь вспомним 94-й год. Когда мы пришли сюда… Я хотел бы, чтобы вы, журналисты, подняли ту прессу и посмотрели, что было написано на страницах газет, и что потом эти же люди писали в дальнейшем. Как эти люди в 98-м году кричали о наведении конституционного порядка, что позволило президенту Кучме навести явный антиконституционный порядок в городе! Во что превратились потом эти годы, которые дали возможность разворовать так много в нашем городе!

Я не буду говорить о благоустройстве, я специально ограничился вступительным словом. Здесь собраны люди, которые готовы дать ответы на все вопросы, для того, чтобы не приходилось ничего придумывать.

Всегда нужно выслушивать две точки зрения. У ряда журналистов сложилось мнение, что существует две точки зрения – это называется «моя и неправильная». Поэтому сегодня вы получили возможность послушать здесь в зале ответы на самые острые вопросы. Вам ответят на них люди, которые сидят за этим столом. Мы сделаем все возможное, чтобы освещение генерального плана было продолжено, как и указано в моем распоряжении от 30.03.2007, чтобы все ошибки, которые есть в этом генеральном плане (а они есть, несомненно) были устранены, чтобы гласно и открыто было проведена сессия городского совета, на которой абсолютно открыто будут обсуждены все спорные вопросы и окончательное решение будет принято только в интересах жителей города Одессы. Спасибо за внимание.