После президентских выборов 2004 года в Украине активизировалась дискуссия по определению украинской национальной идеи. На многих экспертных площадках были представлены отдельные механизмы определения ее сути. Кое-кто из политологов даже предлагал соответствующий инструментарий для реализации – от создания общенационального «Министерства пропаганды» до системных идеологических реформ в образовании.

С чего начинать, чтобы большой Проект «Украина» оказался удачным?

В пределах статьи, обычно, не может вырисоваться целостная концепция. Но то, что политические элиты, эксперты и журналисты должны стать инициаторами интеллектуального движения в этом направлении, не возникает сомнения. Убежден, что интеллектуальная часть общества уже давно созрела к такой дискуссии и внутренне готова к ней.

Для начала позволю себе небольшой исторический экскурс. Пытаюсь себе представить, чтобы во время «Холодной войны» руководство Украинской Советской Социалистической Республики заявило бы о желании вступить в НАТО и о выходе из состава СССР… Почему-то мне кажется, что и Коль, и Миттеран размышляли бы приблизительно пять минут. То же касается Тэтчер и Рейгана. Убежден, что «суверенное право Украинского народа на самоопределение» со всеми возможными последствиями, могло бы быть реализовано. Единственное, очевидно, что бы воспрепятствовало, – это советские войска, «верные присяге», и советское ядерное стратегическое оружие. Обычно, придирчивый историк отметит, что такого бы не могло бы произойти «никогда». Но я и не собираюсь с этим очень спорить.

Хотя я готов спорить с кем угодно, что развал советской империи, который в те годы мало прогнозировался, до сих пор на надлежащем уровне не оценен. Крах Советского «колосса на глиняных ногах» будет должным образом проанализирован и исторической, и политологической науками еще не скоро, возможно, лет через 5-10.

То, что мы продолжаем находиться в плену целого комплекса иллюзий, вызвано несколькими факторами.

Во-первых, у украинцев остается слишком узкий кругозор, чтобы

охватить перспективы. На это влияет несколько факторов:

– недостаток информации относительно национальной, идеологической зашорености;

– индивидуальное футурологическое мировоззрение;

– непонимание внешнеполитических процессов;

– нелогичность отдельных внутриполитических процессов.

Почему мы не в состоянии влиять на глобальные процессы? Почему мы не выходим за пределы восприятия собственных, «местечковых» представлений о глобальном мире?!

Политическая элита на сегодняшний день не может сформулировать ответа на эти вопросы. В первую очередь потому, что в основной своей массе она потеряла «калибр», возможность отстаивать стратегические решения, играть в двух-трех-ходовки, анализировать ход исторических событий и прогнозировать. В результате это отражается на обществе, на его мировоззрении, на его представлении о своей миссии в мировом масштабе.

С другой стороны, нынешнюю украинскую власть нельзя упрекать, что ее политика абсолютно лишена ощущения необходимости возобновления национальной идентификации. Просто большинство шагов, которые наблюдались на протяжении последних десяти лет в треугольнике Президент – Верховная Рада – Кабинет министров воспринимается в основном как борьба за соответствующие властные (личностные) полномочия, а не за возможность реализации концепции «продвижения» Украины. Исходя из этого, примитивизируется понимание роли власти.

В вопросе самоидентификации действительно именно форма во многом определяет содержание. Но она должна перейти из сугубо тактической в стратегическую плоскость. Например, в свое время противники Петра І отмечали, что бритье бород (как символическое действие, олицетворение политики) не сможет сделать боярство европейским. Однако сделало же! И за короткое время – поколение. Так же, как мистическое появление Тризуба Владимира в качестве герба Украинского государства в начале двадцатого века во время освободительных соревнований: наперекор тогдашним политикам он возродился и опять стал символом государственности.

Следовательно, как мне кажется, время требует от нас создания в первую очередь качественной формы национальной самоидентификации. Если угодно – обложки, за которой нас будет воспринимать мир. Она должна быть красива, привлекательна и комплексна. Здесь одним салом не отвертишься!

После известных событий в Бухаресте можно констатировать: Украина еще не дотягивает до того, чтобы в сознании мировых лидеров ее воспринимали как мощную, идеологически уравновешенную и суверенную единицу, которая умело использует все имеющиеся механизмы влияния, как это делает, например, Россия.

Вспомним, как еще во время столыпинских реформ удавались мощные, даже по нашим меркам, PR-акции. Поощренные российским правительством французские борзописцы рисовали в сознании рядовых французов (граждан тогдашней «страны-рантье») образ «патриархальной, наивной страны – России», которая является богатой ресурсами и стабильной, потому что «до умопомрачения любит своего «царя-батюшку». Как следствие: перед началом Первой мировой войны чуть ли не в каждой более-менее зажиточной французской семье были ценные бумаги, вложенные в российскую экономику.

Уверен, что подобные «картинки» остаются доминирующими как для канцлера Германии Меркель, так и для лидера Франции Саркоози, которые с оглядкой на Россию, заблокировали присоединение Украины к ПДЧ в НАТО. Возможно, учитывая этот урок, Украине в кратчайшие сроки до декабря 2008 года следует провести целый ряд контракций, которые бы доказали миру, что мы готовы к серьезным шагам и серьезным решениям?

Такая форма должна иметь четкий евроатлантический акцент. То есть семантически: самоидентификация должна раскрываться через представление об Украине и о ее народе как об исконной части европейского сообщества. Нужен общенациональный PR-проект под условным названием «Украина – неотъемлемая часть Европы!». Целевые аудитории – две: внутренняя и внешняя.

(Окончание

в следующем номере)